РУССКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ КАФЕДРАЛЬНЫЙ СОБОР ПАТРИАРХА МОСКОВСКОГО И ВСЕЯ РУСИ
_Новости_
Религиозная организация Подворье Патриарха Московского и всея Руси Кафедральный соборный Храм Христа Спасителя г. Москвы Русской Православной Церкви (Московский Патриархат) 119019, г.Москва, ул.Волхонка, д.15

04.05.2012  |   3 мая 2012 года в Зале церковных соборов Храма Христа Спасителя под председательством Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла прошли соборные слушания Всемирного русского народного собора «Патриарх Гермоген, русское духовенство и Церковь в служении Отечеству».

Открытие слушаний предварило выступление хора Академии хорового искусства им. Попова, который исполнил тропарь «Христос Воскресе» и произведение Г. Дмитриева «Моление к святителю Гермогену».

Со вступительным словом к собравшимся обратился заместитель главы ВРНС, председатель Союза писателей России В.Н. Ганичев.

«Соборная встреча Всемирного русского народного собора обращает нас к тем поистине трагическим событиям, из которых Россия вышла победительницей, преодолев множество препятствий, связанных как с иноземными силами, так и с внутренними противоречиями и неурядицами. Это подтверждает актуальность и злободневность уроков тех далеких лет. Такими были годы Смуты, которые можно было бы преодолеть в период начального ее возникновения, если бы высшие слои общества, да и весь народ обратили внимание на предостережения, призывы Церкви, ее православных подвижников», — отметил В.Н. Ганичев.

Затем прозвучало выступление Святейшего Патриарха Кирилла.

Ваши Высокопреосвященства и Преосвященства, дорогие соборяне!

Я хотел бы с большим удовлетворением отметить факт проведения сегодня в соборном зале Храма Христа Спасителя этого соборного собрания, посвященного 400-летию мученической кончины Патриарха Гермогена, собрания, которое даст нам возможность вспомнить героические страницы прошлого и подумать о настоящем.

Если говорить о Смуте, то это было время смятения умов в первую очередь, разделения народа, ослабления власти, когда перед каждым стоял выбор между подвигом и предательством. И это же самое время явило нам великих христианских подвижников и безвестных героев русского сопротивления: таких как заточенных в узах Патриархов Иова и Гермогена; таких как переживших многомесячную осаду келаря Троице-Сергиевой лавры Авраамия (Палицына) и архиепископа Смоленского Сергия; замученного интервентами епископа Тверского Феоктиста, претерпевшего пытки епископа Коломенского Иосифа. Кто из соотечественников — даже среди интеллигенции, кроме историков-специалистов, знает сегодня эти имена и вспоминает этих героев, хотя бы в этот год истории? Это наша вина, что имена людей, послуживших спасению Отечества, практически изглажены из народной памяти.

Начало XVII века стало драматическим рубежом не только для России, но для всего православного мира. К тому времени наш народ, народ северной Руси, остался единственным православным народом, сохранившим государственный суверенитет. Ни юг Руси, ни запад Руси, ни Ближний Восток, ни Восточная Европа, где проживали православные народы, не имели суверенитета. Единственным суверенным народом был наш народ. И именно в такой момент, критический для судьбы Православия момент мировой истории, на Руси возникает Смута.

Это было поистине историческое испытание, ведь Смута являлась не просто политическим кризисом, не просто столкновением элит, не просто банальной борьбой за власть. То была явлена страшная угроза самому существованию государства, самому существованию суверенитета, независимости нашего народа, самому существованию нашей национальной самобытности. Под иностранным давлением вводился, как мы бы сейчас сказали, механизм внешнего управления, в результате которого Россия должна была стать провинцией другого государства. Еще страшнее была угроза утраты духовной идентичности, латинизации Руси, отказа от православной веры, который, несомненно, означал бы конец русского независимого духовного и культурного национального бытия.

И, наконец, особенно удручающим был тот факт, что гибельная угроза для русского будущего надвигалась не только извне, но и изнутри. В 1612 году интервенты были уже в Кремле, они овладели сердцем страны, но пока только в географическом и политическом смысле. Куда хуже сознавать то, что завоеватели были близки к овладению сердцем нашей страны в духовном, в идеологическом смысле: они были близки к тому, чтобы подчинить себе умы и души боярской элиты. Той самой, которая, разуверившись в силе собственного народа и в историческом призвании России, была готова пригласить на царство представителя иноземной династии, исповедовавшего чужую веру, отрицавшего духовные традиции нашего народа и страны.

В этот критический час, когда столичная знать казалась поверженной в политическом и идейном смысле, когда Москва, по словам историков, стала «театром козней и мятежей», судьбу России определил ее народ. Николай Иванович Костомаров писал: «Когда сильные земли Русской склонились перед внешней силой, <…> упадали духом и смирялись, народная громада, <…> одушевленная именем угрожаемой веры, не покорилась судьбе». В ослабленной и истерзанной Смутой русской глубинке возникает мощное движение, охватившее почти все крупные города страны, сплотившее весь ее многонациональный народ. Всенародное ополчение завершилось, как знаем, изгнанием интервентов, преодолением Смуты, избранием новой династии. И победа национально-освободительного движения 1612 года заложила фундамент для трех веков стабильного державного развития страны.

Наши современники редко задумываются: какая же сила позволила смятенной, обезглавленной, потерявшей привычные механизмы управления России самоорганизоваться и воскреснуть из небытия? И здесь трудно переоценить роль православной веры и Русской Церкви.

Вспомним: когда города сдавались на милость интервентов, когда разрозненные войска терпели поражения и отступали, когда перебежчики метались между Москвой, польской ставкой и станом самозванца, кто стал символом непоколебимой твердости? Иноки Троице-Сергиевой лавры! Выдержав шестнадцатимесячную осаду, явив жертвенный героизм, насельники Сергиевой обители, сражавшиеся плечом к плечу с воинами и ополченцами, убедили колеблющихся в неизбежности русской победы.

Надо подчеркнуть, что успешная оборона Троице-Сергиевой лавры против многократно превосходящих сил противника объясняется не каким-то особым боевым искусством ее защитников и не талантом руководившего ими полководца — князя Григория Долгорукого. Главным источником их мужества было осознание величайшей святыни, за которую им предстояло сражаться и умереть. Пребывающая под небесным покровительством преподобного Сергия, Лавра напоминала русским воинам о славном времени Куликовской победы. По слову летописца, «святой Сергий охрабрил даже невежд; без лат и шлемов, без навыка и знания ратного, они шли на воинов опытных, доспешных, и побеждали».

После отражения натиска интервентов Троице-Сергиева лавра трудами ее настоятеля архимандрита Дионисия превратилась в крупнейший центр вспоможения раненым и больным, в своего рода главный военный госпиталь и медицинский центр того времени. Исследователи полагают, что на протяжении 1611 года на исцелении в Сергиевой обители находилось более 10 000 человек — это огромная по тому времени цифра! По мнению историка XIX века Михаила Осиповича Кояловича, Лавра стала «ближайшим убежищем, где русские люди спасали свое христианское звание. Но в этой обители жила несокрушимая вера в будущность Москвы, России, в их способность жить».

Православная вера не только вдохнула мужество в сердца людей и не только способствовала врачеванию их ран. Ощущение духовного единства содействовало собиранию разрозненных земских сил, возрождению государственности. В условиях, когда власть была в смятении и в глазах населения потеряла легитимность, Православная Церковь стала главным интегрирующим фактором русского общества.

Именно Церковь в лице ее Первосвятителей не признала законность самозванцев и иностранных претендентов на российский престол. Именно Церковь, через грамоты Патриарха Гермогена, призвала народ к национально-освободительной борьбе. Мы знаем, что служение Патриарха Гермогена после его кончины подхватила Троице-Сергиева обитель, также распространяя воззвания к русскому народу. Посреди раздора и смущения умов православное духовенство увещевало колеблющихся, направляло мятущихся, мирило раздоры в патриотическом лагере. Так, например, согласовать действия ополченцев Минина и Пожарского с действиями казачьих войск Трубецкого удалось прежде всего благодаря высокому авторитету Авраамия (Палицына), которого уважали и казаки, и земские люди. В момент решающей битвы с гетманом Ходкевичем казаки примкнули к дружинам Пожарского с криками «Сергиев! Сергиев!» (то есть, вспоминая благословение Троице-Сергиевой лавры), и это единство решило исход сражения в пользу русских.

В эпоху крушения всех авторитетов, когда голова обывателя шла кругом от обилия претендентов и самозванцев, выдвинутых враждующими партиями, именно Церковь оставалась единственной незыблемой твердыней. Найти истину помогало слово православного духовенства, и решающую роль играла позиция Первоиерарха.

Прежде чем сказать о подвиге Патриарха Гермогена, надо вспомнить его предшественника, святителя Иова, первого Патриарха в нашем Отечестве. Именно он предупредил народ об угрозе Смуты в случае изгнания государя и возведения на престол авантюриста. Он первым назвал Лжедмитрия самозванцем и предал вождей переворота анафеме. В дни, когда неискушенные соотечественники были словно ослеплены и загипнотизированы фигурой Лжедмитрия, Патриарх Иов остался верен единственно законному на тот момент царю — Федору Годунову. Сознавая нависшую над Русью угрозу, Патриарх Иов не побоялся ни гонений, ни смерти. После переворота он был насильно лишен Патриаршей кафедры, заточен в Старицком монастыре, испытал пытки и лишения, потерял зрение, но не отрекся от своих слов. Подвиг святителя Иова вскоре увенчался первой победой — свержением Лжедмитрия I и его сообщников.

Вскоре бремя Патриаршего служения из рук ослабевшего в темнице Иова принял святитель Гермоген. Как пишет Николай Михайлович Карамзин, «Ермоген, не обольщенный милостью самозванца, не устрашенный опалою за ревность к Православию, казался героем Церкви и был единодушно, единогласно наречен Патриархом».

В тяжелую годину Гермоген стал живым хранителем устоев русской государственности, сумев возвыситься над борьбой партий. Это качество проявилось в нем еще в годы царствования Василия Шуйского. Шуйский не был сильным государственным деятелем, он часто терпел военные и политические неудачи. Народ не любил этого царя. Но святитель Гермоген последовательно поддерживал его, часто идя наперекор общественному мнению, потому что легитимный царь был тогда единственной опорой в преодолении политического смятения боярской элиты.

Патриарх видел, что страну терзают мятежные отряды второго Лжедмитрия и банды иноземных наемников. Уже надвигалась гроза открытого вторжения польского войска в пределы России. В этих условиях Гермоген всей силой своего святительского авторитета встал на защиту существующей власти, хотя и сознавал все ее недостатки. Он понимал, что мятежи и интервенция могут привести к гораздо худшим бедам.

Когда в феврале 1609 года поднялся мятеж против Шуйского в самой Москве, заговорщики пытались привлечь на свою сторону Гермогена. Тот же с риском для жизни вразумлял мятежников. Вот как передает это событие Сергей Михайлович Соловьев: «Патриарх начал говорить: «Крест ему, государю, целовала вся земля, присягала добра ему хотеть, а лиха не мыслить; а вы забыли крестное целование, немногими людьми восстали на царя, хотите его без вины с царства свесть»».

Однако, отговаривая народ от мятежа, святитель не видел в оппозиционно настроенных москвичах врагов. Он понимал, что у людей есть основания для протеста, и перед лицом нависшей опасности стремился к национальному единению. После провала мятежа 1609 года Патриарх отправил в Тушино грамоты к сбежавшим и призвал их «оставить обиды, вспомнить Отечество и веру православную». Патриарх обещал полное прощение раскаявшимся, и многие откликнулись на его зов. Как видим, святитель Гермоген занимал достаточно взвешенную позицию, в основе которой была идея объединения всех соотечественников. Он понимал, что страна обескровлена, разрушена, разобщена и что, в конце концов, бывают политические моменты, когда приходится выбирать между большим и меньшим злом.

Такой момент наступил летом 1610 года, когда Василий Шуйский был все-таки свергнут с престола, а вслед за этим часть русской элиты призвала на царствование польского королевича Владислава. Святитель Гермоген понимал, что ему не удастся этому воспрепятствовать. Тогда он сделал все от него зависящее, чтобы уменьшить последствия предательства. По его настоянию в грамоту об условиях призвания на царство было внесено требование об обязательном крещении Владислава в православную веру. Он настаивал также и на том, чтобы Владислав взял в жены одну из православных боярынь в Москве.

Это был, безусловно, компромисс. Однако Патриарх Гермоген четко видел ту черту, за которой никакие компромиссы невозможны. Он делал все возможное, чтобы не допустить разрушения духовной, национальной и культурной подлинности нашего народа, которое было бы неизбежным при иностранной иноверной власти. Польский же король Сигизмунд, однако, считал, что Россия уже лежит у его ног, и обсуждать что-либо нет смысла. После битвы при Клушино, выигранной польскими войсками, он требовал безусловного подчинения. И тогда святитель Гермоген дал понять, что за этой чертой нет места компромиссам — есть только сопротивление.

Зимой 1610/11 года Первоиерарх стал вдохновителем поднимавшегося всероссийского сопротивления интервентам и изменникам. По словам Соловьева, «главный двигатель этого восстания, начальный человек в государстве в безгосударное время, находился в Москве; то был патриарх, по мановению которого во имя веры вставала и собиралась земля. Салтыков пришел к нему с боярами и сказал: «Ты писал, чтобы ратные люди шли к Москве; теперь напиши им, чтобы возвратились назад». «Напишу, — отвечал Гермоген, — если ты, изменник, вместе с литовскими людьми выйдешь вон из Москвы; если же вы останетесь, то всех благословляю помереть за православную веру, вижу ей поругание, вижу разорение святых церквей, слышу в Кремле пение латинское и не могу терпеть»».

Послание Патриарха вызвало в русских людях стремление встать за веру и Отечество. К Москве подступило первое ополчение. В разгар этих событий Гермоген был брошен оккупантами в тюрьму, где и принял мученическую смерть. Подвиг святителя стал той свечой, от которой возгорелось пламя национально-освободительного движения. Второе ополчение, начавшее свой путь с покаянной молитвы, освободило Москву и положило начало освобождению Руси.

О значении деятельности Патриарха Гермогена для начала борьбы явственно говорят документы того времени. «А у нас святейший Гермоген патриарх прям, как сам пастырь, душу свою за веру христианскую полагает неизменно, и ему все христиане православные последуют», — писали той же зимой московские патриоты во все города России. Вера в то, что святитель Гермоген говорит не от себя, а творит волю Божию, безусловно, воодушевляла русских людей.

В почти побежденной стране не всегда могут найтись силы для того, чтобы начать борьбу за свободу, особенно после череды неудач. Трудно взять на себя духовную (а, в конечном счете, и политическую) ответственность в условиях, когда на карту поставлено слишком многое, когда выступление против оккупантов может обернуться полным уничтожением военных и политических ресурсов страны, гибелью самого ее народа.

Зимой 1610-1611 года святитель Гермоген взял на себя такую ответственность. Одинокий и физически немощный старец, брошенный в темницу, явил силу духа. Он вернул русским людям надежду и исцелил наших предков от малодушия и разобщенности, порожденных годами Смуты.

«Когда надломились политические скрепы общественного порядка, оставались еще крепкие связи национальные и религиозные: они и спасли общество», — свидетельствует Василий Осипович Ключевский. Обратим особое внимание на слово «религиозные» в этой цитате. Смутное время закончилось тогда, когда русские люди оставили распри и вспомнили то, что их объединяет — веру отцов, святыни, национальные символы, бывшие в поругании от иноплеменников.

Сегодня мы должны сознавать, что подвиг Патриарха Гермогена — это не просто достояние давно минувших дней, но и не потерявшее своей значимости завещание потомкам. Уроки Смутного времени и его преодоления актуальны в наши дни, когда Россия подвергается похожим соблазнам и принимает соответствующие вызовы.

Мы снова видим враждебные действия, направленные на подрыв наших духовных ценностей, на ослабление государственности. Мы снова замечаем смятение в умах, отказ определенной части общества от собственного национального достоинства, поиск «спасителей» за пределами России.

Как и прежде, противостоять этому может только единство российского общества, из которого нельзя исключать и власть. Единство должно быть основано на верности нашим духовным и нравственным традициям. А значит, на Русскую Церковь возлагается особая ответственность. Церковь не существует изолированно от народа, ведь Православие — это душа России, а разделение души и тела в нашем земном мире означает смерть.

Именно такого разделения добивались слуги интервентов, приступавшие к Патриарху Гермогену со словами: «Почто вмешиваешься в дела мирския, а твое де дело за Церковью смотрети». Это выглядело даже соблазнительным: сидеть тихо и не возвышать голоса, не давать оценок происходящим событиям, избегать возможных лишений и жертв. Но в эпоху Патриарха Гермогена вдохновители Смуты не достигли поставленной цели. Русская Церковь исполнила свой христианский долг, призвала и привела к спасению Отечества.

Это урок для нас и для всех поколений православных людей, которые за нами последуют. Сейчас, как и 400 лет тому назад от нас вновь требуют, чтобы мы не «вмешивались в дела мирския». Нам говорят: не лезьте в общество со своей верой, со своей этикой, со своей культурой. Нам предлагают замкнуться в себе, якобы предостерегая от «обмирщения». Нас предупреждают, что если мы не замолчим, то нам будет хуже, что в этом случае наши храмы будут осквернены, а иконы — поруганы.

Каким должен быть ответ? Пример Патриарха Гермогена оставляет нам единственно возможный выбор. Этот выбор — гражданское действие, которого мы не должны избегать и бояться. Не должно быть ни страха, ни сомнений на этом пути. Ибо защита своей паствы и созидание народной жизни на христианских началах является неизменным долгом нашей Церкви во все времена. И в мирные тихие дни, и в дни решающего исторического выбора Русская Православная Церковь всегда была и будет со своим народом.

Благодарю за внимание.

*** 

От Администрации Президента Российской Федерации участников слушаний приветствовал советник Президента РФ Е.Л. Юрьев. В.Н. Ганичев огласил текст приветствия заместителя председателя Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации А.П. Торшина.

Первый заместитель председателя Комитета Государственной Думы ФС РФ по делам общественных объединений и религиозных организаций С.А. Попов сообщил о создании в Госдуме межфракционной группы в поддержку Православия.

В ходе слушаний выступили профессор философского факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, д. и. н. С.Н. Перевезенцев, руководитель фракции КПРФ в Государственной Думе ФС РФ Г.А. Зюганов, председатель правления Международной общественной организации «День Крещения Руси» О.В. Кривошея, председатель правления Регионального общественного фонда содействия инициативе общественных организаций по постановке памятника Патриарху Гермогену Г.В. Ананьина, член Союза писателей России, первый лауреат Патриаршей литературной премии В.Н. Крупин, актриса театра и кино, участница молодежного клуба ВРНС Анна-Сесиль Свердлова.

О.В. Кривошея пригласил соборян принять участие в слушаниях «День Крещения Руси. 2012 год. Выбор пути», которые пройдут по благословению Святейшего Патриарха Кирилла в Киеве 28 июля, в день памяти равноапостольного великого князя Владимира.

В завершение заседания Святейшему Патриарху Кириллу была вручена Международная общественная благотворительная премия мира-2011. Этой премии Предстоятель Русской Церкви удостоен «за многогранную и постоянную работу по укреплению мира, за исторический вклад в духовно-нравственное и культурно-социальное развитие нации, за самоотверженное следование высшим идеалам добра и милосердия, за участие в формировании институтов гражданского общества». Награду Его Святейшеству вручили представители Международного комитета премии: В.Н. Ганичев, профессор Н.Н. Дроздов, писатель А.А. Лиханов, заслуженный артист РФ Ю.П. Ковеленов, член-корреспондент Академии художеств П.Т. Стронский.

По окончании заседания состоялась встреча Предстоятеля Русской Православной Церкви с В.Н. Ганичевым, председателем Международного Шолоховского комитета А.В. Черномырдиным, директором Дома-музея М.А. Шолохова в станице Вешенской А.М. Шолоховым, писателем А.А. Лихановым, председателем Военно-космического совета России И.Р. Ашурбейли. От имени Международного Шолоховского комитета и Союза писателей России Его Святейшеству был передан специально изданный том «Тихого Дона», подготовленный на основе восстановленных в последние годы рукописей М.А. Шолохова.

И.Р. Ашурбейли представил план возрождения крупнейшего храма Нижегородской области.

Предстоятелю Русской Церкви передали также материалы по первому аресту его деда В.С. Гундяева, обвиненного в феврале 1923 года в «преступной связи» с Патриархом Тихоном.

По итогам соборных слушаний была принята резолюция.

Резолюция соборных слушаний Всемирного русского народного собора «Патриарх Гермоген, русское духовенство и Церковь в служении Отечеству» 

Начало семнадцатого века стало одним из самых драматичных периодов в русской истории. В результате глубокого политического, духовного и нравственного кризиса, который современники назвали Смутным временем, Россия оказалась перед угрозой утраты государственного суверенитета.

Но самую страшную перспективу представлял подрыв духовной идентичности русского народа — отказ от Православия и латинизация Руси. В то время наш народ оставался единственным православным народом, сохранившим национальную независимость: Балканы и Ближний Восток оказались под властью Османской империи, а Запад и Юг Руси стали жертвами польской экспансии. Под агрессивным давлением с Запада часть белорусского и украинского духовенства признала верховенство Папы Римского и перешла в униатство. Такая же судьба была уготована и Русской Церкви. Латинизация Руси означала бы полное разрушение цивилизационных основ нашей страны, её подчинение внешним силам. Для русского народа утрата духовной идентичности была бы равнозначна завершению его исторического бытия.

Смута была преодолена благодаря способности наших предков в едином порыве встать на защиту отеческой веры и независимости родной земли. В борьбе за возрождение государственности объединились все сословия и этносы, проживающие на территории исторической Руси. Победа ополчения под руководством Кузьмы Минина и князя Пожарского, изгнание иноземцев из Кремля и избрание новой царской династии положили начало трехвековой эпохе процветания и могущества Российского государства.

В условиях Смуты, когда власть была в смятении и утратила легитимность в глазах населения, решающую роль в сплочении народа, в координации разрозненных действий отдельных земств и воеводств сыграла Русская Православная Церковь. Образцом жертвенного героизма для всей страны стала шестнадцатимесячная оборона Троице-Сергиевой Лавры, насельники которой сражались плечом к плечу с ратными людьми и ополченцами.

Но главную роль в объединении национальных сил сыграла духовная твердость православного клира. Священство благословляло народ на сопротивление, увещевало сомневающихся, примиряло раздоры в патриотическом лагере. История хранит имена таких подвижников, как келарь Авраамий (Палицын), архимандрит Иоасаф, архимандрит Евфимий, но самый весомый вклад в организацию национально-освободительного движения внес Патриарх Московский и всея Руси Гермоген. Его благословение определило выбор тысяч людей, примкнувших к ополчению. Твердая позиция Первосвятителя не позволила политической элите страны признать новым царем иноземца, отвергающего наши духовные ценности и традиции. Ни угрозы, ни длительные заключения не сломили Предстоятеля, не заставили его отречься от своего воззвания к народу. Он принял мученическую смерть в преддверии окончательной победы над врагом.

В переломные моменты истории бывает так, что воля всего народа проявляется в решительном и мужественном поступке одного человека. В годину Смуты таким человеком стал Патриарх Гермоген. Его огромный личный авторитет, твердая позиция клира и духовная мощь Русской Православной Церкви удержали Россию от неминуемой катастрофы.

Опыт патриотического служения Церкви и её иерархов, опыт деятельного участия православного священства и мирян в судьбах страны принадлежит не только прошлому. Участники Соборных слушаний подчеркивают неразрывную связь Русской Церкви с русским народом и утверждают не только её право, но и нравственный долг активно участвовать в выборе исторического пути развития нашего Отечества. Как бы ни пытались ревнители новых смут и поборники очередных «латинизаций» изолировать Православную Церковь от российской государственности, их усилия обречены на провал. Подвиг русского духовенства во главе с Патриархом Гермогеном остается руководством к патриотическому гражданскому действию как для наших современников, так и для будущих поколений.

Участники Соборных слушаний отмечают исключительное историческое значение событий 1612 года для судеб России и считают необходимым отметить 400-летие преодоления Смуты как торжество общенационального масштаба. Ещё есть время для того, чтобы подготовиться к достойной встрече этой даты, от общественного внимания к которой во многом зависит не только уровень национального и исторического самосознания, но и политическая стабильность в современной России. Необходимо увековечить образы выдающихся деятелей этого периода, в первую очередь священномученика Патриарха Гермогена, сооружение памятника которому должно стать общенародным делом. ВРНС призывает также установить в начале мая день памяти князя Михаила Скопина-Шуйского, Прокопия Ляпунова и других героев, участвовавших в преодолении Смуты, с совершением заупокойного богослужения в Архангельском соборе Московского Кремля. Собор обращается к киностудиям и телекомпаниям с предложением создать художественный фильм и телевизионный сериал о героях национально-освободительного движения XVII века. Участники слушаний предлагают Министерству образования и науки провести в связи с отмечаемой датой открытые уроки и внеклассные мероприятия для учащихся школ и студентов колледжей и вузов.

Собор поддерживает инициативы общественных организаций, планирующих организовать автобусную поездку по маршруту ополчения Минина и Пожарского с участием молодежи Москвы, Санкт-Петербурга, Нижегородской, Ярославской, Ивановской, Костромской и других областей, с установлением по пути следования памятных знаков (крестов, переносных стел), проведение праздничных патриотических концертов и мероприятий с участием общественности регионов (Москва — Нижний Новгород — Балахна — Юрьевец — Кинешма — Кострома — Ярославль — Ростов Великий — Переславль-Залесский — Сергиев Посад — Москва).

ВРНС призывает также поддержать идею проведения исторической реконструкции боя ополчения Дмитрия Пожарского с войсками гетмана Ходкевича под стенами Новодевичьего монастыря с участием клубов исторической реконструкции, считает важным открыть информационный портал «1612-й», посвященный событиям преодоления Смуты и восстановления российской государственности, и издать альбом «1612-й: уроки истории».

Участники слушаний убеждены, что празднование 400-летия преодоления Смуты призвано стать ярким событием, которое запомнилось бы на века. Обращение к героическому опыту наших предков станет примером возрождения живой связи с прошлым, которая, Богу содействующу, позволит России достойно выйти из всех испытаний.


<<< Вернуться к списку новостей

 
 

Благотворительный Фонд Святителя Спиридона Тримифунтского