WWW.ХХС.RU \ БИБЛИОГРАФИЯ И ПУБЛИКАЦИИ \ И СЛАВЫ ГОРДЫЕ ОТЕЧЕСТВА СЫНЫ
ПОИСК   
РУССКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ КАФЕДРАЛЬНЫЙ СОБОР ПАТРИАРХА МОСКОВСКОГО И ВСЕЯ РУСИ

_БИБЛИОГРАФИЯ_И_ПУБЛИКАЦИИ


И СЛАВЫ ГОРДЫЕ ОТЕЧЕСТВА СЫНЫ

Герб КутузовыхВойна 1812 года вызывала у меня в детские годы сложные чувства. Я как-то отстраненно воспринимала события той грандиозной эпохи: и потому что это происходило в далеком прошлом и мне мешали живые впечатления моих родителей и их друзей - участников недавней Великой Отечественной войны, и потому что в той кампании Отечественной войны русской армией командовал мой прадед в шестом колене - фельдмаршал Михаил Илларионович Кутузов.

Я с трудом осознавала, что великий Кутузов - мой прадед, хотя и знала об этом с раннего детства, но вместе с тем я всегда понимала, что память о нем принадлежит истории всей России, воспринимая своего предка исполином с цветами у подножия.

Происходило некое раздвоение и в голове, и в душе: с одной стороны мы - потомки самого Кутузова, с другой - родственники репрессированного "врага народа". Моего деда, Михаила Николаевича Хитрово - пра...-правнука полководца, в 1-й раз арестовали в 1930 году, сослали и освободили, а в 1937 вновь арестовали и убили... При аресте деда, по воспоминаниям мамы, конвоир потребовал убрать бюст Кутузова как "недорезанного буржуя". Так что в советские времена нам не дано было вкусить полновесного счастья от ощущения родства с великим предком.

Поэтому не удивительно, что так долго мне не приходило в голову заняться историографией моего великого предка - я была уверена, что о Михаиле Илларионовиче Кутузове уже все всем известно - ведь столько уже написано и рассказано!

А о Хитрово и говорить-то вроде нечего - ведь "недорезанные" же, разве что только упомянуть, что две дочери Михаила Илларионовича, сестры - Анна и Елизавета, одна раньше, другая позже, вышли замуж за представителей рода Хитрово (правда, я в этом не вижу ничего особенного: ведь круг общения в те времена был строго регламентирован).

И когда в Музее Льва Толстого во время лекции об истории создания романа "Война и мир", в контексте, связанным с Петей Ростовым, прозвучала фамилия Хитрово, я почти не прореагировала. Да мало ли, кто мог тогда стать прообразом юного героя! Тогда я не знала, что в 1805 году двое братьев Хитрово, Семен1 и Никанор2 Никаноровичи, 14-летний мальчик и его старший брат, которому к тому времени сравнялось аж целых 15, сбежали из родительского дома в действующую армию.

В Аустерлицком сражении Семен был ранен, попал в плен к французам и через несколько дней умер. Неординарность этой драматичной жизни заключается в том, что о ней узнали только через 50 лет. Возможно, эту историю каким-то образом узнал Л. Н. Толстой, и он воспользовался ею, несколько изменив концовку. А может, писатель имел в виду другого юношу - тогда, в 1805 году многие мальчики мечтали о героических подвигах, не зная, что через недолгих семь лет им предстоит защищать свою Родину.

В родословной рода Хитрово рассказано о разных судьбах. Здесь встречаются и легенды. И надо же! Именно в этой в семье передавалось из поколения в поколение свое предание о "татарском" пленнике. Вот как повествует об этом родословная: "Петр Федорович3, прадед Семена и Никанора, в 1696 г. при осаде Азова был поручиком в войсках боярина Шеина. В одном из сражений он был взят в плен татарами и значился пропавшим без вести. Между тем его отец умер, а братья разделили между собою доставшееся им имение. Но прадеду удалось бежать из плена и когда он добрался до родового имения, братья узнали его и отделили причитавшуюся ему часть имения. Предание это так глубоко вкоренилось у потомков Петра Федоровича, что уже его внук, Никанор Семенович - отец Семена и Никанора, ничего не зная о судьбе первого после Аустерлицкого сражении, перед смертью в 1810 году оставил все свое имение сыну Никанору, но взяв с него обязательство, что если Семен возвратится, то разделить имение пополам. Но надежда Никанора Семеновича на возвращение сына не осуществилась".

А старший брат погибшего Семена, Никанор Никанорович встретил 1812 год "адъютантом генерала Николая Ардалионовича Лопухина, на дочери которого, Екатерине Николаевне, известной по своей замечательной красоте", он женился, выйдя после 1812 года в отставку, и дожил до 65 лет. У него было 13 человек детей, восемь из которых умерло в малолетстве, но один из сыновей, Федор Никанорович4 , пошел по военной стезе своего отца и дослужился до чина генерал-майора.

Яркой биографии другого Хитрово, Николая Александровича5 , можно было бы посвятить отдельную статью. Его отец, Александр Дементьевич6 умер в 1822 году, став современником событий всей кампании 1812 года. Для него и его сына 1805 год оказался знаменательным: отец, в феврале 1805 года, когда ему было около 45 лет, за спасение 11 человек тонувших на реке Оке и за распорядительность во время сильного пожара в городе Белеве был награжден орденом Святого Владимира 4-й степени, а для его сына, Николая Александровича с 18 апреля 1805 года началась боевая служба.

Выпускник Инженерного и артиллерийского шляхетного кадетского корпуса, прапорщик Екатеринославского гренадерского полка, "едва обмундировавшись", он сразу отправился в поход в Галицию, Силезию, Моравию и Венгрию, но его полк находился в резерве и Николай Александрович "только издали слышал грохот Аустерлицкого сражения". Зато в прусском походе 14 декабря следующего года, уже подпоручиком, он получил боевое крещение в первом для него боевом деле при Голимине.

В 1807 году его полк, находившийся в авангарде русской армии, участвовал почти во всех сражениях этого года: 12 января при Либштадте, 13 января при Морунгене, где Николай Александрович был ранен в ногу, но не оставил своего поста и при отступлении в арьергарде князя Багратиона ежедневно был в сражениях: 24 января - при Вольфсдорфе, 25 - при Лансберге, 26 и 27 января в битве при Прейсиш-Эйлау, где контуженный в левый глаз, он упал "замертво" на поле битвы и очнулся только на другой день. Когда он кое-как добрел до отступающих русских войск, его отправили лечиться, после чего он участвовал в весеннем походе.

И вновь начались военные будни: сражения при Лошите, 29 мая при Гейльсберге и 2 июня при Фридланде. По окончании кампании войска возвратились в Литву.

В январе 1810 года Николай Александрович вышел в отставку штабс-капитаном, получив за фридландское дело орден Святой Анны 4-й степени. Позднее он вспоминал, как при отступлении русской армии, ему, не умевшему плавать, пришлось переправляться через реку Алле.

30 августа 1811 года он женился. Когда молодые выходили из церкви они увидели комету, по народному поверью "предвозвестницу" кровавого 12-го года. Призыв к ополчению заставил Николая Александровича покинуть молодую жену меньше, чем через год после свадьбы. Он поступил на службу в Тульский 2-й конно-казачий полк и в 1813 году осаждал Данциг, а с роспуском ополчения возвратился домой, награжденный орденом Святого Владимира 4-й степени с бантом.

На стенах Храма Христа Спасителя на каменных досках с фамилиями офицеров - участников многочисленных битв этой великой кампании в списке сражавшихся, по-моему, при Голимине (на 8-й и 10-й стенах - www.xxc.ru), упомянута фамилия Хитрово, к сожалению, без инициалов, и мне остается только предполагать, что это и есть Николай Александрович.

Дальнейшая его судьба была также насыщена событиями, многие из которых были и невеселыми. У него было 11 детей, некоторые из них умерли в малолетстве, но из троих сыновей двое стали военными. Старший сын, Александр Николаевич7, участник Крымской войны 1853-1856 годов, погиб в августе 1855 года под Севастополем, где ему с товарищами был поставлен памятник. Второй сын, Николай Николаевич8, по окончании Школы гвардейских подпрапорщиков и юнкеров в 1847 году, прапорщиком Лейб-гвардейского Литовского полка, в апреле 1849 г. был произведен в подпоручики и в этом чине совершил поход в Польшу.

К сожалению, в родословной не обошлось и "без белых пятен": так в статье об Александре Сергеевиче Хитрово9, сообщена только одна дата, но никак не связанная с военными событиями: "Родился ранее 27 Января 1792 года, так как в это время внесен вместе с отцом в четвертую часть Московской родословной книги. Служил в Лейб-гвардейском Семеновском полку и умер ранее отца бездетным". Еще меньше было сказано о его брате Петре Сергеевиче10 - "служил вместе с братом в Лейб-гвардейском Семеновском полку и умер тоже бездетным ранее своего отца". Лишь недавно, благодаря сотруднику Военно-исторического музея-заповедника "Бородино" Д.Г. Целорунго мне стали известны вот эти недостающие в тексте родословной строки:

ХИТРОВО АЛЕКСАНДР СЕРГЕЕВИЧ
23 года, в 1812 г. холост
Паж Пажеского корпуса, в 1798 г. - подпоручик, в 1808 г. - поручик.
Война Отечественная 1812 г.: Бородино, походы 1813 - 1814 гг., Париж

В этих сведениях ничего не сказано о военной доблести самого Александра Сергеевича, но возможно со временем нам удастся узнать о боевых заслугах обоих братьев. Зато военная фортуна благосклонно отнеслась к Алексею Ивановичу Хитрово11, который уже в восемнадцать лет в 1790 году капитаном вышел в отставку, а через год вновь поступил на службу в Московский батальон.

В 1807 году при образовании подвижного земского войска 5-й области Алексей Иванович поступил в него сотенным и через год 28 сентября 1808 года "по распущении онаго" вышел в отставку с правом носить мундир ополчения 5-й области и был награжден золотой медалью. Родословная умалчивает, за какие заслуги он получил эти награды. К 1812 году ему исполнилось 40 лет, и наверное, по возрасту он находился с 1810-1813 года по выборам дворянства Курского округа "для свидетельствования магазинов".

Не был обойден вниманием военной судьбы Николай Захарович Хитрово12 , мой прадед по прямой линии в пятом колене. Он был зятем и мужем второй дочери Михаила Илларионовича Кутузова - Анны. Мужем третьей дочери, Елизаветы, был Николай Федорович Хитрово13. Оба Николаи Хитрово между собою были троюродными братьями.

Николай Захарович начал свою действительную военную службу 1 января 1796 года, когда был произведен в корнеты Лейб-гвардейского Конного полка. Уже в чине штабс-ротмистра он был пожалован 2 января 1801 года флигель-адъютантом к императору Павлу I (позже он станет флигель-адьютантом у Александра I). В августе 1803 года Хитрово был произведен в полковники в Псковский драгунский полк, и став полковым командиром того же полка, участвовал в походе 1805 года.

В войне 1807 года Николай Захарович, как и его дальний родственник, уже известный нам Николай Александрович, сумел проявить решительность и отвагу. Его полк состоял в корпусе Бенигсена в 4-й дивизии князя Голицина. 22 января Николай Захарович, командуя авангардом против трех кавалерийских полков неприятеля, занявшего местечко Прошино, разбил его и, хотя был преследуем, возвратился к колонне в совершенном порядке. Почти через полмесяца 4 февраля он участвовал в сражении при местечке Остроленко, 4 мая - при Пултуске, а в ночь с 16 на 17 мая искусным маневром овладел и сжег укрепленный неприятельский мост на реке Нареве против Острокола. Наконец 30 мая при селении Горки участвовал в атаке неприятельского лагеря.

В январе 1809 года, когда Николай Захарович был назначен старшим приставом при турецких послах, приехавших из Яссы, и ему было поручено доставить депеши в Константинополь, его экипаж по дороге опрокинулся. Со сломанной рукой он возвратился в армию и, несмотря на болезнь, с 7 апреля 1809 года принял участие в осаде Браилова. При штурме в ночь с 19 на 20 апреля он командовал второю колонною, был ранен и вышел в отставку, награжденный чином генерал-майора. Кроме того еще раньше Николай Захарович был кавалером орденов Святого Владимира 4-й степени с бантом, Святого Иоанна Иерусалимского и Прусского Pour 1е merite.

На этом его военная карьера закончилась. Обвиненный по делу Сперанского и сосланный в свое имение под Тарусой, в 1812 году боевой генерал оказался в стороне от великих событий народной войны. Остается только догадываться, какие чувства мог испытывать мой предок, Николай Захарович, в такой ситуации. Отзвук ее мы найдем в письме Михаила Илларионовича, от 19 августа 1812 года, имеющем важное значение для исследователей и историков, которое он написал своей дочери - моей пра...-прабабке, Анне Михайловне: "Друг мой Аннушка, и с детьми, здравствуй! Это пишет Кудашев, так как у меня немного болят глаза, и я хочу их поберечь. Какое несчастие, мой друг, находиться столь близко от вас и не иметь возможности вас расцеловать, но обстоятельства очень трудные. Я твердо верю, что с помощию бога, который никогда меня не оставлял, поправлю дела к чести России. Но я должен сказать откровенно, что ваше пребывание возле Тарусы мне совсем не нравится. Вы легко можете подвергнуться опасности, ибо что может сделать женщина одна, да еще с детьми; поэтому я хочу, чтобы вы уехали подальше от театра войны. Уезжай же, мой друг! Но я требую, чтобы все сказанное мною было сохранено в глубочайшей тайне, ибо если это получит огласку, вы мне сильно навредите.

Если бы случилось так, что Николай (мой прадед) не получил бы разрешения губернатора на выезд, то вы должны уехать одни. Тогда я сам улажу дело с губернатором, указав на то, что мужу надлежит сопровождать свою жену и детей. Но вы, дети мои, уезжайте во что бы то ни стало.

Я чувствую себя довольно сносно и полон надежды. Не удивляйтесь, что я немного отступил без боя, это для того, чтобы укрепиться как можно больше. Детей целую. Боже тебя благослови и их. Кланяйся Николаю."

После изгнания французов из России Николай Захарович, благодаря заслугам его великого тестя, был прощен и уехал в Москву, где он занялся историческими изысканиями. Среди его потомков были и кадровые военные, но мой дед, Михаил Николаевич, оказался сугубо штатским человеком - профессором музыки. Но, когда в 1941-м году началась Великая Отечественная война, моя мама, Надежда Михайловна, урожденная Хитрово, а теперь Вершинина, уже дочь "врага народа" в 19 лет добровольцем отправилась на фронт и защищала в отряде ПВО подступы Москвы, была медсестрой, донором, бесплатно сдавая свою кровь для фронта и тем самым, своей кровью, приближая победу Родины.

Возможно, когда-нибудь я смогу подробнее рассказать обо всех представителях рода Хитрово, об их деяниях больших и малых, но безусловно события двух Отечественных войн будут наиглавнейшими в моих поисках.

Использованная литература
1 В.Н.Хитрово.Родословная рода Хитрово. СПБ, 1866., ст.264.
2 Там же, ст. 263
3 Там же, ст. 133
4 Там же, ст. 287
5 Там же. ст. 274
6 Там же, ст. 244
7 Там же, ст. 293
8 Там же, ст. 295
9 Там же, ст. 252
10 Там же, ст. 253
11 Там же, ст. 257
12 Там же, ст. 261
13 Там же, ст. 256

Юлия Васильевна Хитрово.
Журнал "Родина", №8, 2002, стр. 101-102